Чужая

Современное российское кино — это феномен. Спорная часть мировой культуры, да и вообще, можно ли его считать подобным вкладом? Впрочем, об этом уже было сказано множество слов, в том числе и на страницах «Виртуальных радостей» мною. И фактически, каждая рецензия на фильм российского производства начиналась и сопровождалась нытьем по поводу смерти советского кинематографа и беспочвенными попытками разглядеть где-то впереди светлое будущее. Казалось бы, уже не надо об этом. Но нет, мы будем продолжать твердить о бездарности российских режиссеров, синдромах Дауна у российских сценаристов, долларе головного мозга у российских продюсеров и всеядности российских же зрителей. Будем — до тех пор, пока на экраны выходит такое, простите, дерьмо, как «Чужая».

«Хочу в девяностые — назад к бандитам. Бритые головы — яйца небриты»
Группа «Барто»

У этого фильма была хорошая рекламная кампания. И трейлеры с огромной надписью «Просмотр лицам с неустойчивой психикой категорически запрещен». Это всегда привлекает внимания, учитывая, как в России обстоят дела с фильмами, замешанными на крови и расчлененке. И даже намеки на малиновые пиджаки и девяностые годы прошлого века хоть и смущали, но не отталкивали от просмотра. Чем черт не шутит — теплилась надежда, что хоть кто-то в «этойстране» научился снимать процесс умерщвления персонажей действительно красиво. Пусть смущала фамилия Эрнста в роли продюсера — уж он-то напродюсирует, да, — но все-таки, невзирая ни на что, хотелось верить в лучшее.

Кто-то называет это «криминальной романтикой» и кидается всякими тупыми фразочками в формате «это не мы такие — это жизнь такая». И прочая ерунда в духе отвратительного периода российских девяностых или их отголосков в российской же глубинке. Никто не говорит, что это не может служить полем действия или тематикой фильма, но когда ты что-то делаешь для массовой аудитории, то должен чувствовать свою непосредственную ответственность за созданное. Но о какой ответственности можно говорить, когда обыкновенный роуд-муви с поверхностным и предсказуемым сюжетом, пресными диалогами и совершенно штампованными персонажами пытаются спрятать под слоем чернухи, бессмысленного насилия и порнографических моментов.

Тупых не получится назвать даже антигероями, они не маргиналы, не имеют характеров и историй, они не имеют ничего. Оно просто носят идиотские прозвища, «ботают по фене» и размахивают пистолетами с бейсбольными битами. Это не стилистика — это чернуха.

Одно дело, когда фильмы являют собой концентрированное насилие, для которых оно, насилие, есть все — альфа, омега и основная тематика. Этому придают стиль. Это делают или страшно, или отвратительно, или весело, или красиво. Но не бессмысленно, когда каждый всплеск крови на экране не вызывает никаких эмоций, кроме отвращения. Но отвращения не из-за того, что там, в кино, кому-то проломили голову, а из-за того, что это сделано с явным усердием и желанием шокировать зрителя. И только за это — уже пренебрежение, но «Чужая» — это еще и плевок в лица всем тем людям, кто всю жизнь работал над правом насилию выглядеть в кино красиво и эстетически чисто.

Фильм мертв еще до просмотра. На самом деле его вообще не стоит смотреть. И про него вообще не стоило бы писать. Но мародерство и некрофилия укрепляют моральный дух, поэтому с радостью отплясываю джигу на могиле этого выкидыша кинематографа.

Хотя никто не исключает того, что вам может нравиться такое кино. Вам может прийтись по вкусу «романтика» российских криминальных девяностых, чернуха на протяжении почти двух часов экранного времени, бездарная игра актеров с бездумными «рясами», потоки жаргонизмов и реки бессмысленного и лишенного всякого стиля насилия. Вам может это нравиться, но тогда мы советуем вам срочно обратиться к психоаналитику — у вас долбаные проблемы. Удачи. А мы с помощью двух пальцев в рот освобождаем желудки от остаточного эффекта от просмотра «Чужой» и смотрим хорошее кино.