Пуп земли

Постмодернистская игра – книжная мистификация – македонского прозаика Венко Андоновского выглядит примерно так, как ее предисловие: из чемодана выпадает две книги, стопка стихов и рецензия Андоновского, профессора литературоведенья. Все обещает нескучное время в обществе «Пупа земли», и оно, в принципе, будет.

Под конец, немного похихикав над будущими критиками, читателями и самим собой, Венко словно оправдывается, мол, все ошибки прошу зачесть моим литературным героям. И если нелегкой молодости Людвика, превращенной писателем в толковую посткундеровскую метафоричную историю о поражении индивида, слепо выступившего против чудовищной машины государства (из кундеровской же «Шутки», как говорит нам предисловие, позаимствованы имена главных героев, а также, как можно убедиться самостоятельно, стилистика, некоторые пересечения по линии связей персонажей и фон национального искусства), следуя иррациональности собственного бытия, можно простить оплошности, то безудержному, приторному пафосу притчевой истории о Кирилле Философе – нет. Хорошая стилизация языка вышла недостаточно хорошей в смысле удобства чтения, а миниатюрные сайд-сюжетцы со сноской на магический реализм не привлекают своей банальностью.

Или приемом, или задачей Андоновский было рассказать об одном и том же два раза, меняя место действия и стилистику речи, полностью меняя подход в передаче эмоций и информации, полностью сохраняя героев и фабулу (восстание индивида – борьба индивида – поражение индивида – смерть индивида). И если первый рассказ, исполненный приторного пафоса и бессмысленного преобладания неказистой формы над любопытным содержанием, македонцу совершенно не удался, то второй, напротив, вышел цельным, вышел приятным.

Несмотря на то, что прекрасно видно, как Венко пытался (а кое-где и преуспел) соединить разбежавшиеся части романа в единое целое, его постмодернистская игра не удалась в полной мере. А неудавшаяся постмодернистская игра есть игра бессмысленная. А в остальном перед нами неглупый и достаточно увлекательный роман, читать который приятно, а закрывать на последней странице – не жалко.