Глава 5. Рогволд

— Кого там опять несёт? — сквозь зубы проворчал Торин.

— Прошу прощения, если помешал... — раздался негромкий голос с хорошо слышимыми металлическими нотками. — Я пивную пробку недавно проглотил, меня теперь постоянно несёт.

В комнату осторожно вошёл высокий седой человек, уже очень немолодой, невесёлый и небритый. Одет он был как эльф, прошедший Хелкараксе: бурка, сапоги высоченные, из одного кармана торчал тесак, из другого — бутылка. "Заздравур" — прочитал Фолко. Борода у него была из ваты.

— И что же ты нам принёс? — спросил Тормоз.

— Листвы пачу: мак и белый порошок, конопли большой мешок. Да, ещё тут целема есть.

— Дык это ж не подействует. Нужно ещё экстракт руки государя.

— Зато курить можно. А от синяков вы портрет Всевидящего Ока прикладывайте, да не будет здесь упомянуто истинное имя Колбандытхаура.

— Откуда вы... ты знаешь секретное имя Врага? — недоуменно спросил гном.

— Я долго живу и жить мне осталось недолго, — улыбнулся незнакомец. — Я всё знаю. Ты Тормоз, свол-Ик!-лся с Луны, и идете вы нафиг.

— Жить тебе и впрямь не долго осталось. Как догадался?

— Что Тормоз, это и так видно. До тебя доходит, как почта до Валинора. Свалился, потому что помятый и приплюснутый. Что с Луны по топору угадал: топор у тебя в виде полумесяца. Как раз пятнадцать суток. На юге к топору штопор приделывают и пять звезд рисуют. На севере — только три. Таким топором хороший коньяк открывать стыдно. В Мории все топоры кривые — темно там, не видят кузнецы ни зги. В Одинокой Горе топоры золотые — железа-то нет! В Серых горах, как известно, золота нет, но и гномов там давно не видели. В Железных горах топоры похожи на секиры. Какая разница — леший их знает! В пещерах Аглоронда леших очень боятся, а потому топоры вобще не делают. — Он широко, приветливо улыбнулся. — А меня зовут Рогволд, сын Мухтара, а по-местному — Рогволд Дуб. Почему меня так назвали — не знаю. Говорят — дуб ты и есть.

— А где ты мой топор увидел? Я же его в руках не держу.

— А он в голове у трактирщика торчит!

Они напились целемы, вылили остатки отвара на Фолка. Дуб рассказал, что работал полярником у наместника, потом егерем. Когда лес срубили, стал сторожем на кладбище.

— Я иду в Ананас, как и вы. Может, нам даже и по пути. Но вам нужен хороший лук и стрелка с наместником Наполеона на Земле. Идите в Жёлтый дом, там встретите главврача. Он вас выслушает, поймёт и пошлёт в палаты Наместника. Того придётся убедить, что вы родственники.

— А мы с Фолком и есть родственники! — обрадовался Тормоз. — И мы того... А где нам лук взять?

— Я тут одного филина знаю. Он вам даром продаст, — Дубень вскочил и прошёлся по комнате, что-то бормоча себе под нос и подсчитывая на пальцах. — А ещё вам нужны "Записки сумасшедшего", их Эль написал.

— Гыде эль?! — сразу проснулся Фолк. — Меня очень, знаете, книги интересуют!

— Эль — значит полуЭльф. А книга про то, как сквозь землю провалиться.

— Под землю — это круто, только нафига нам книга, лук и намесник?

— Кто всю книгу не пьёт — тот и главный злодей. Лук, чтоб прибить его. А без подземелия и наместника вообще никак: они вам по-приколу нужны... Кстати, в Автоназе я много гномов знаю, кому жить надоело.

Тут понял Тормоз, что это и есть тот мудрый Рогатый, которого Фолко косорылом вызвал.

Интерлюдия: Речь Фолки главврачу, подготовленная заранее в трезвом уме и с чистой совестью не без помощи Тормоза и Дуба

А вам слабо до того угла на ногах дойти? Летать и я умею. Подожди, щас по-порядку скажу. Вначале, Тормоз ночью на дороге вой услышал. Это я выл, доктор, вот та-А-ак! Я этот вой с Красной Книги содрал. Выкапень его тоже слышал. Ваще, было три во-Я. А во Вы, доктор. Круто! Потом конница была чёрная. Они заблудились в лесу без Дуба: только он знает, что там и в помине леса нету! Но что это за конники, если они летать не умеют, — это мне Рогатый говорит. Он стопник, он все знает. А вам, доктор, слабо хоть до того угла на ногах дойти? А те умели, вот и напоролись на стражников и потеряли четыре сотни.

Вот вам эти четыре сотни, а мне к Наместнику нужно. Не быть мне безбашенным танком, если я из этого дурдома не убегу, как колобок от бабушки!

Фолко, Тормоз и Рогволд. Всегда мысленно с вами

— По дороге сюда, — продолжал Рогволд, понизив голос до едва слышимого
шепота, — я увидел нечто такое, в истинности чего мне очень бы хотелось усомниться, приписать все происшедшее дури, снам или неизвестной болезни. Я вошёл в Пригорье через Южные Ворота, а Зелёный Тракт, как известно, не проходит в южные ворота. Такого вообще нет тракта.

Гном и хоббит невольно вздрогнули. Полегчало. Но воспоминания о попойке на кургане всё равно никуда не уходили. Потом Дубень рассказал, что северные отморозки на его кладбище ходить повадились, и предложил по такому поводу прямо в логово стражников подвалить: такого от них никто не ждёт.

— В себе ли капитан? — спросил караульного стопник.

— Все в себя, что ни нащупает. Что у вас к нему?

— Важное дело, пропусти скорее! — Часовой молча посторонился, и Дуб, проходя мимо него, на ходу бросил: — Похоже, будет драка...

За дубовой дверью послышался звук шагов. Все воины, даже валяющийся попёрек двери часовой, тут же выпрямились и приосанились. Капитан неправдоподобно быстро вошёл в комнату и остановился, не доходя двух шагов до стола, на котором были карты.

— Прошу садиться, — обратился к гостям капитан. — У меня лично уже печень села. Эй, Хервин! — повернулся он к одному из сопровождавших его молодых воинов. — Ну-ка, сдавай карты!

Фолко услышал, как за его спиной одобрительно крякнул Тормоз.

— Я приветствую почтенного Дуба, — продолжал капитан. — Вы уже давно не заходили в Пригорье, уважаемый... Итак, я слушаю вас, и пусть ваши спутники назовут себя, если смогут!

— Тормоз, сын Дартинга, лунный гном.

— Фолко, сын Хэмфаста, Брендибак, из Хоббитандии.

Капитан, учтиво наклонил голову.

— Целый бак бренди? Наливай! Моё имя Лестрейд, сын Корстейда. Я слушаю
вас!

Трое пришедших переглянулись. Рогволд кашлянул и заговорил.

—В последнее время болота начали издавать странные звуки. То как зверь оно завоет, то заплачет, как дитя!

— Это ты мощно начал, — отозвался капитан. — Уважаю! А не пофиг тебе на болота? У тебя там родственники, что ли?

— Куча родственников. Там, видите ли, кладбище! Похоронены там все вплоть до первой человекоподобной обезьяны. Сами человекоподобные обезьяны живут западнее. Но не в том дело. Объявился недавно какой-то мутант-биохимик с северной страны Ка... к она называется — не помню. И начал раскапывать всех, кого давно уже похоронили. Даже зарытую собаку нашёл, некрозоофил хренов.

— Ясно, как поляна. Это профессор Мориарти. А что он ищет, я не знаю.

— А у нас свидетель есть! — обрадовался Фолко. — Натуральный Выкапень.
Они листья одного кактуса, как сказал бы мой пони.

— А как зовут твоего пони?

— Хип-хопом. С Ахэ'нора это переводится как "Белый рогатый конь,
гуляющий по маковому полю".

— Ага! Так где же этот Мориарти?

— В Мории, — озарило гнома. — Отъезжаем немедленно.