Про игровой фильм «Атака мертвецов: Осовец»
Сыро и холодно, ноябрь, Минск. Нас небольшая толпа: два министра, первый зам. администрации Президента, представители РПЦ, историки и, понятно, журналисты. Стоим под дождём во дворе и смотрим на кирпичную стену дома по ул. Карла Маркса где-то на уровне третьего этажа. Ждём, что начнется фильм. Показывает Wargaming.net. А впрочем есть, пошли первые кадры. Историческая драма о Первой мировой войне «Атака мертвецов: Осовец».
Но начать надо с другого: что нас пригласили на открытие выставки «1918. Рождение нового мира» в Исторический музей. Повод достойный - 100-летие Первой мировой войны. Как можно догадаться, мероприятие - завершающее в цепи посвященных круглой дате, да ещё и почти в самый день подписания Компьенского мира. Коллекционер и историк В. А. Лиходедов показывает фотоальбом «Беларусь 1914-1918. Война и мир». Много аутентичных снимков, подлинники изданий «Искры» и «Наша нива», редкие книги - на выставку можно сходить в любой день, возможно даже пообщаться с автором.
Но мы к фильму. При всей забытости у нас Первой мировой войны один из самых ярких ее эпизодов - «атака мертвецов» - всё же на слуху. Все знают, что Первая мировая - это газовые атаки. Уступающие пулемётам по числу унесенных жизней, зато куда более жестокие, а зачастую поражавшие самих атакующих, боевые газы были запрещены еще в 1899 году. Но в патовой ситуации окопной войны никто не смог отказаться от «супероружия»: ядовитое облако оставляло на месте вражеских позиций только мёртвую землю. По крайней мере, так всем казалось. Но в 1915 году русские солдаты 13-й роты 226-го Землянского полка сломали этот шаблон. Да, у них не было шансов пережить атаку ядовитым газом - хлором. Но еще нашлись силы для одного последнего рывка - и решительной контратакой они отбросили наступавшую немецкую пехоту. Этот бой отравленных, фактически уже убитых солдат получил название «атака мертвецов», стал сюжетом песен и фильмов как пример превосходства силы духа над математически расчётливой машиной тотальной войны.
Фильм «Атака мертвецов: Осовец» про этот сюжет. Или нет. На самом деле, драматургия фильма отнюдь не располагает кульминацией считать саму легендарную контратаку. Большинство солдат показаны мельком, волевое усилие в том числе их командира не успевает дойти до той кипящей точки, где видишь рождение подвига. Сам подвиг совершается очень тяжело ранеными героями, преодолевающими боль и слабость - но всё же не мертвецами. Нет ключевого поступка - отказа умирать, наплевательства на законы реальности. А вместе с тем нет и психологического шока такой атаки.
При этом, как ни странно, режиссура прекрасна. Характеры рождаются за пару секунд, детали подхватывают друг друга, за 20 минут складываясь в цельный сюжет. В него умещается и экшен, и историческая реконструкция - портреты российской и немецкой армий - и даже афористично ёмкая философия. Здесь много любопытных решений. Немцы, которые в этой войне не абсолютное зло фашизма, очень тонкими штрихами вызывают антипатию: тут грубая шутка, там тяжелое дыхание в противогазе, здесь неприятно бледный от дождя офицер. Русские - наоборот, по возможности приближены к нам, современникам. Догадаться, что это империя с ее сословными барьерами можно лишь по невнятному «ваше блродие», но звучит оно впроброс. А действия рисуют другой образ - боевого братства, ну просто РККА, только с иконами.
Находка фильма - слово «братцы». Теплое, объединяющее, оно звучит правдоподобно для эпохи и вписывается в военную тему. И знаете, какая-то магия в нем есть, во всяком случае кровожадную бойню в развязке видеть уже не хочется, а душевный эпилог как-то даже спасает. Так что пусть в песнях «Арии» живет эпик и сила духа:
Кровью харкали врагу в лицо,
Дьявол вёл нас или Бог?
Враг бежал от нас, от мертвецов,
К Смерти за её порог.
А фильм «Атака мертвецов: Осовец», скорее, о другом: что Первая мировая - тоже наша история, тоже жизнь и трагедия нечужих нам людей. Пора эту историю освежить в памяти, чтобы не дай Бог не повторилась.
Anuriel
