2012

Древние индейцы Майя верили, что наш мир существует и развивается по эпохам. Они составили календарь, согласно которому мы сейчас как раз находимся на пороге окончания очередной эпохи существования нашей планеты. Индейцы пророчили, что в последний день нашей эпохи Солнце уничтожит Землю. Календарь Майя указывает: этим самым днем конца света должно стать 21 декабря 2012 года...

В Голливуде давно и упорно пытаются разнести нашу несчастную планету на кусочки. Давайте вспомним: «Армагеддон», «Послезавтра», «Земное ядро», «Знамение» — это первое, что приходит на ум. Теперь к этому ряду можно смело добавлять и «2012», новое творение режиссера Роланда Эммериха — человека, давно и глубоко помешанного на разрушениях. И нет ничего удивительного в том, что именно он взялся за экранизацию предсказания Майя о конце света в 2012 году. Причем взялся основательно — заручившись солидным бюджетом в две сотни миллионов вечнозеленых долларов и заманив на съемочную площадку целую кучу голливудских звезд.

От сюжета фильмов-катастроф как-то не принято ждать каких бы то ни было откровений — не стоит их ждать и от «2012». Согласно истории ленты, в 2009 году группа ученых обнаруживает, что повышенная солнечная активность влияет на ядро нашей планеты, разогревая и дестабилизируя его. В скором времени это должно привести к сдвигам земной коры и, как следствие, сильнейшим землетрясениям, массивным извержениям лавы, мощнейшим цунами и прочим неприятностям. Но, как оказывается, времени до катастрофы остается еще меньше, чем предполагали ученые и правительство: беда, как всегда, застает человечество неподготовленным. Весь этот единовременный крах мира мы видим от лица Джексона Кертиса, в прошлом писателя- неудачника, а ныне водителя у одного русского бизнесмена, который просто пытается выжить и спасти свою семью, найдя призрачный путь к не менее призрачному спасению.

Честно говоря, при просмотре «2012» периодически складывается впечатление, что мистер Эммерих откровенно дурит народ, раз за разом снимая один и тот же фильм и внося лишь минимальные изменения — ну там имена героям другие дает да сценарий чуть-чуть переделывает. Большинство «типа, неожиданных» сюжетных поворотов запросто сможет предугадать даже человек, лишь отдаленно знакомый с творчеством режиссера. Набор типично голливудских сценарных штампов в «2012» представлен в полном объеме. Про главного героя уже сказали; тот самый ученый-первооткрыватель — как всегда, принципиальный идеалист; русский бизнесмен — разжиревший мерзкий сибарит в компании накачанной силиконом блондинки, не расстающейся со своей карманной собачонкой; президент, самоотверженно решающий остаться со своим народом перед лицом гибели (Дэнни Гловер в роли президента явно отсылает нас к нынешнему главе Америки Бараку Обаме, что вкупе с репликами в духе: «Я стану последним президентом США» вызывает по меньшей мере улыбку). И хотя в фильме немало сцен героизма, любви, предательства, псевдоморального выбора и прочих «душевных» моментов, раскрытие характеров и личностей героев тут явно не во главе угла. Все эти трогательные телефонные прощания и пафосные речи («Если мы перестанем биться друг за друга, мы потеряем то, что делает нас людьми!»), все эти игры правительства, предательства, обязательные перемены в характере героев — все это мы уже видели не раз и не два. Есть, правда, и пара светлых моментов — в частности, полное отсутствие типично американского слепого патриотизма и герой Вуди Харрельсона, чокнутый диджей собственной радиостанции, вещающий направо и налево о конце света и невесть откуда раздобывший секретные сведения о правительственном плане спасения человечества и не только. Такой типаж мы, в принципе, тоже уже видали, но он хотя бы не так заезжен.

Однако назвать слабость сценария минусом «2012» просто язык не поворачивается. Согласитесь, идя в кино на фильмы подобного рода, меньше всего ждешь сложнозакрученных сюжетных ходов и философских диалогов о смысле жизни. В большинстве своем зритель ждет зрелища, которое заставит его вжаться в кресло, судорожно шарить руками по полу в поисках отпавшей еще в начале фильма челюсти и не отрывать от экрана взгляд ни на мгновение до самого финала. И вот тут-то «2012» впереди планеты всей.

По фильмам Роланда Эммериха можно легко проследить его творческий прогресс. Начав с катастроф локального масштаба («Годзилла»), режиссер постепенно наращивал масштабы погромов в своих творениях («День Независимости», «Послезавтра»), медленно, но уверенно приближаясь к своей заветной цели — создать самую зрелищную и самую масштабную картину разрушения из всех когда-либо существовавших, «убить» всю планету целиком. И вот она — «2012» стал настоящим апофеозом, пиком карьеры Эммериха. Размах, с которым режиссер показывает крах Земли, просто поражает воображение. Панорамный вид пылающих Гавайев и превращенного в руины побережья США; волна цунами высотой полтора километра, несущая многотонный авианосец словно пушинку; буквально взрывающий сознание выброс лавы в Йеллоустоунском национальном парке; занесенный пеплом Вашингтон; падение Сикстинской капеллы; предстартовая подготовка титанических «Ковчегов» — все это настолько красиво, что для описания просто не хватает слов. Это нужно видеть своими глазами, причем именно в кинотеатре — в противном случае вы рискуете не прочувствовать ни грамма той феерии разрушения, которую рисует нам режиссер. Буйство бескомпромиссной стихии показано в фильме настолько правдоподобно, что этому просто нельзя не поверить. Не последнюю роль в создании атмосферы играет и замечательная музыка, написанная композиторами Харальдом Клозером (который выступил еще и как сценарист фильма) и Томасом Уондером. Поначалу спокойная и мелодичная, вскоре она становится быстрой и тревожной, под стать картине на экране. Отдельно хочется отметить звучащую в финальных титрах песню Time for Miracles — спокойная и душевная композиция создает отличный контраст после всего того кошмара, что зритель пережил до этого, и задает правильное, позитивное настроение на будущее.

Перед выходом ленты на большие экраны режиссер заявил, что собирается переключиться на другие жанры — менее грандиозные и дорогие. В принципе, решение логичное, ведь из жанра фильмов-катастроф он уйдет с высоко поднятой головой, уйдет непобежденным. «2012» поднял планку качества для фильмов-катастроф (да и вообще для всех голливудских блокбастеров разом) на недосягаемую высоту. До Эммериха так никто не снимал, а после навряд ли кто-то снимет. Даже просто повторить его творение будет чрезвычайно трудно, а уж превзойти — и вовсе практически невозможно. Можно до скрежета зубовного корить режиссера в самокопировании и других грехах, но задайтесь вопросом: «А стоит ли?». Ведь перед нами, дамы и господа, воистину грандиозный эпик про наше с вами не такое уж и светлое будущее. Эпик масштабный, красивый, захватывающий и до страшного правдоподобный.