Шерлок Холмс

Мучимый поиском выхода из тягостной депрессии, которая усугубляется скверными вестями о скорой женитьбе Ватсона, Шерлок Холмс начинает поиски поднявшегося из могилы Лорда Блэквуда, намеревающегося изменить власть в стране.

После неоцененных манипуляций с оказавшимся не в меру откровенным для многих «Револьвером» Гай Ричи, умело взобравшись на волну разухабистого рок-н-ролла, вернулся на свое законное место в уютной нише излюбленного криминального жанра. И сделал он это так по-британски лихо, что в общем- то мало кто изумился его столь скорому бегству в голливудскую долину больших бюджетов и продюсерского диктата, где в меру положенной распущенности можно вволю пошалить и повытворять смелые выкрутасы. Потому идея выбить весь нафталин из беллетристического направления литературного творчества Конан-Дойла экранизацией не существовавшего в природе комикса «по мотивам» справедливо вызвала смешанные чувства — от здорового скептицизма до неуемного интереса. Назревавшая вокруг фильма интрига в итоге взяла свое — и «ричевский» вариант частного детектива с Бейкер-стрит оказался хоть и спорным, зато весьма и весьма занятным. Как раз под стать моде на перезагрузки старых историй на новый лад. Набравшийся брутальности Бонд, потерявший свои резиновые соски Бэтмен. Теперь вот и Холмс, в блестящем исполнении Роберта Дауни, лишается ореола типичного домоседа и мизантропичного носителя дедуктивного метода, становясь гениальным сорвиголовой, которому все равно, каким образом применять свои таланты — вычисляя нужное количество ударов в печень для назойливого супостата или выводя преступный мир столицы Британии на чистую воду. И это под аккомпанемент бесконечно ироничных шуток и колкостей в адрес Ватсона или Лестрейда.

Такой ход конем, лишивший известного сыщика привычной чопорности и сдержанности, взамен выставивший в авангард черты вполне живого человека, что эмоционально бросается то в жар, то в холод, всецело себя оправдал номинацией на «Золотой глобус». А также комплектом банальных обвинений в слишком вольной интерпретации первоисточника и, самое важное, в полярности нового и давно уже заданного старшим актерским поколением «эталонного» образа Холмса. Понять гневный вой преданных поклонников классических экранизаций не сложно — не всякий консерватор примет такой откровенный «мачизм» бывшего джентльмена. Но без таких гротескных перемен в фактуре главных героев сама история задорого бы и не пошла. Заляпанный грязью индустриальный Лондон позапрошлого века со своими непременными дымящими заводами, узкими улочками и исполинским Тауэрским мостом. Все это выглядит с обязательным блеском и нищетой викторианской эпохи. С атмосферностью у картины полный порядок. Выстраивая в подобном антураже стилизованный детективный спектакль с инфернальными лордами, оккультными заговорами и прочими фокусами, режиссер как может развлекает публику. Обычного зрителя — британским юмором и отличным мордобоем, а более требовательного — деталями и отсылками к богатой литературной биографии Шерлока. Только за всей этой задорной мишурой кроется прямой до схематичности сюжет, которому авторы без особого успеха пытаются придать остроты мистикой. Связанному по рукам и ногам студийными табу и дорогостоящей постановкой Гаю Ричи пришлось отказаться на этот раз от своего фирменного размаха и манеры съемок. Нет, в отдельных сценах его почерк весьма отчетливо чувствуется, но это скорее исключение, нежели правило. Ведь, согласно народной мудрости, если в одном месте прибудет, то в другом — убудет.

Но не будем о плохом. Потому как, давайте говорить честно, ждали очередного появления Холмса на экране абсолютно все. Да, сейчас он курит прямую трубку и не ползает по земле с лупой, а вместо этого крошит носы и пугает наготой горничных. Во всем остальном Шерлок остался тем же обаятельным и саркастичным часовым уголовного мира Лондона, незримо гоняющимся за зловредным профессором М. А остальное, согласитесь, всего лишь формальности.

Тарас Тарналицкий